June 9th, 2019

Голунов И.В. как “Подпасок с огурцом” в багетной раме УПК РФ

Кейс Голунова интересен тем, что сам кейс (от англ. case (дело)) никому не интересен. Тем не менее весь имеющийся на данное время флуд и шлак можно отцедить. И тогда вот такая получится картинка.

Во-первых, у нас есть постановление о привлечении Голунова И.В. в качестве обвиняемого. Обычно хрен ты его увидишь, это постановление, если ты не в деле. А тут — на весь белый свет, думайте, анализируйте.

Читаем внимательно первый абзац:“… рассмотрев материалы уголовного
дела №11901450007000467 УСТАНОВИЛ…”

Чего мы тут (и нигде) не видим? Мы не видим самого уголовного дела, которое даёт основание на проведение следственных действий в рамках УПК РФ.

Между тем есть чёткое определение Конституционного суда на этот счёт:

Актом возбуждения уголовного дела начинается публичное уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступным деянием и создаются правовые основания для последующих процессуальных действий органов дознания, предварительного следствия и суда. В соответствии с этим правила о порядке возбуждения дела предваряют регулирование расследования, т.е. той досудебной стадии уголовного процесса, в ходе которой на специальные указанные в законе органы и должностных лиц возлагаются обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию, для того чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу.

С какого момента органы и должностные лица начали в отношении Голунова И.В. исполнять свои обязанности по раскрытию преступления, изобличению виновных, формулированию обвинения? На этот вопрос ответа нет. Но я зайду с другого конца.

Почему было проведено задержание Голунова И.В.?

На этот счёт смотрим статью 7 Закона №114-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности”. Тут всё сразу и в первых строках:

Основаниями для проведения оперативно-розыскных мероприятий являются:
1. Наличие возбужденного уголовного дела.
2. Ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, сведения о:
1) признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела…
3. Поручения следователя, руководителя следственного органа, дознавателя, органа дознания или определения суда по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении, находящимся в их производстве.

Вот это уже интересно. Это означает, что Голунов И.В. фигурирует у нас в некоем уголовном деле, которое не 6 июня появилось на свет. Вот некоторые разрозненные данные, которые подтверждают мой вывод.



Ключевая фраза “Голунова долго вели”. А как вести честного человека без санкции? В нерабочее время? Из любви к искусству? Так не бывает. Или я чего-то не знаю.

“Долго вели”. Что у нас на эту фразу работает?

А вот что. Внимание, следите за руками.

Голунова И.В. задерживают. При нем есть документ, удостоверяющий личность. Очевидно, это паспорт. В паспорте указано место регистрации. Голунов И.В. проживает в Москве на ул. Профсоюзная. Логично предположить, что полиция направится туда с обыском. Вряд ли наш Голунов И.В. назвал в полиции какие-то другие точки. Он же не дурак, это все говорят.

И тем не менее, полиция едет ещё и на Вешняковскую, где Голунов И.В. снимает квартиру. И там даже есть соседи, которые Голунова И.В. знают.

Очевидно, будь задержание Голунова И.В. случайным, на Вешняковскую полицейские не могли поехать, просто по незнанию.

Но Голунов И.В., напомню, был в разработке не с 6 июня. Это факт подтверждается источниками в МВД и журналистами.



Есть ещё косвенный факт, указывающий на то, что Голунов И.В. находился в разработке длительное время. Согласно показаниям самого задержанного, полицейские обзывали его гомиком.

Нельзя исключать, что “гомик” — традиционное обращение сотрудника московской полиции к любому задержанному мужского пола. Но тут у нас другое. Оказывается, полиция собирается получить показания сожителя Голунова И.В.

Про соседа (не сожителя, а соседа по однокомнатной квартире) упоминает и журналистка, побывавшая на квартире Голунова И.В. после того, как полиция закончила там обыск.


То есть и факт длительного совместного проживания двух молодых мужчин в одной квартире оперативники отфиксировали. А такого рода факт нельзя установить, просто позвонив в двери и назвавшись слесарем “Мосгаза”. Здесь слежка нужна. А на слежку — санкция и бюджет. Отсюда и эта странная фраза в адрес задержанного Голунова И.В. Ты, мол, гомик (подтекст — мы всё про тебя знаем).

Итак, факт довольно длительного нахождения Голунова И.В. в разработке органов задолго до задержания 6 июня 2019 года установлен. И подтверждается информацией из различных источников, а также рядом правовых норм, без которых дело не шьётся.

Сделаю одно допущение. Голунова И.В. вели давно по подозрению в сбыте веществ. Не просто в сбыте, а в сбыте в определённой среде. Вот она-то, среда эта, и интересовала людей, которые организовали работу по Голунову И.В. Если он сбытчик, то кто покупатели? Ведь не малолеткам за гаражами он (гипотетически) дурь втюхивал за мятые бумажки? А вот когда выяснилось, что круг знакомств Голунова И.В. включает много интересных и кристально честных людей, кто-то большой, в большом кабинете, веско произнёс: “Печёнкой чую, клюнула настоящая рыба”.

При задержании у Голунова И.В. не было ни планшета, ни ноутбука, он не упоминает их в своих пояснениях. Был только телефон. На фото с обыска есть много носителей. Нет ни ноутбука, ни системного блока. Может, они есть в протоколе изъятия? Вопрос не праздный, вдруг там обнаружится гейско-детское порно? Ведь от “этих” всего можно ожидать. Защите следует озаботиться данным фактом.

И по медицинской части несколько слов. Задержанный констатировал акт физического воздействия со стороны сотрудников полиции.

На основании этого описания любой медик даже без первичного осмотра, на любой дистанции может предположить:

ЧМТ, гематома затылочной области, подозрение на сотрясение головного мозга (я ударился левой частью головы об ступеньку, сотрудник по имени Максим ударил меня кулаком в щеку)
Ушиб/перелом рёбер (Максим надавил мне ногой на грудь)
Множественные ссадины грудной клетки по передней и задней поверхности (я лежал на земле, меня волокли).
Любой медик неотложки знает, что в резонансном деле лучше ошибиться в сторону увеличения тяжести повреждений, чем в сторону их уменьшения. А разбираются пусть в больнице.

Отсюда широкое цитирование диагноза врачей скорой помощи, обследовавших Голунова И.В. в день суда. А вот врачи Семьдесят первой больницы, куда по скорой доставили Голунова И.В., подошли к делу без спешки.



В общем, адвокаты выбрали правильную линию поведения обвиняемого, чтобы выбить следствие из процессуально допустимых сроков задержания и продавить на хайпе более мягкую меру пресечения. Но у них есть уязвимое место. Хайп вокруг Голунова И.В. не только разбудил спящую собаку, озлобив очень и очень многих в полиции, да и в органах. Он ещё и вскрыл многие контакты задержанного, на которые пришлось бы выходить только после унылых и скучных допросов. Сейчас, вероятно, оперативники заполняют недостающие клеточки в схемах связей Голунова И.В. просто покуривая, листая Telegram-channels и почитывая ленту новостей.

Возможно, в этом и был смысл провокативно грубых действий борцов с наркотой из Московского главка.

Такова их дислокация.